Сикейрос в заключении много спал

Когда 9 августа 1960 года его, по решению суда, под номером 46788 водворили в общую камеру сектора "И" столичной тюрьмы Лекумберри, эп был его двадцатый арест.
Изнуряюще однообразен ритм тюремной жизни. Подъем, завтрак, обед, прогулка, сон... подъем, завтрак, обед, прогулка-сон... И так до бесконечности - день за днем. Самое страшное - это бездействие.


Сикейрос в заключении много спал. Во сне ненадолго приходило желанное освобождение или наоборот - снились кошмары. Так, однажды приснилось, что он написал громадную фреску Перед ней в восторге застыли знаменитые художники: Ороско. Дега, Пикассо, Матисс. Но, подходя к своей росписи, Сикейрос вдруг на ее месте обнаружил маленькую картинку, затем еще одну и еще. Фреска рассыпалась на отдельные кусочки; художник попытался сложить их, но они опять рассыпались.
Сон повторился. Даже ночью Сикейрос не мог отдохнуть от мучившего его весь день кошмара бездействия.


Художнику как воздух нужна была работа. Нужны были многометровые стены, ведра краски, которые одним своим видом будят воображение, группа учеников и помощников, толпа зрителей, а самое главное, напряженный творческий труд от зари до зари. Труд до боли в глазах, до затекания рук и ног, до полного опустошения.
Но камера была клеткой. Она не давала возможности видеть реальный мир, жить в нем. Она не давала возможности воплощать его в художественных образах. Мука становилась нестерпимой. Сикейрос не может забыть свой сон. Если нельзя сделать роспись, то не сможет ли он писать хотя бы маленькие картинки на листах картона?


И художник-монументалист вынужден вместо громадных стен ограничиться квадратными сантиметрами картона, вместо баллонов разноцветной краски - тюбиком сапожной ваксы, вместо кистей и краскопульта - зубной щеткой, а вместо яркого мексиканского солнца - газовым светильником, потому что даже в обыкновенном электричестве ему отказали тюремные власти. И в этих условиях Сикейрос, непримиримый противник станковой живописи, написал четыре сотни маленьких картинок. Он писал то, что видел здесь, в тюрьме, те сцены, на которые нельзя было смотреть без боли и сострадания,- сцены свиданий.


Старуха мать вглядывается сквозь зарешеченное окно в лицо сына. Он осужден пожизненно, и, кроме как за решеткой, она его никак и никогда не увидит... Жена с детьми пришла на свидание к мужу. Дети не понимают трагичности ситуации. Их лица полны интереса и даже праздничности - они в другом мире, они ждут, что здесь их накормят из скудного пайка арестанта...
Десятки маленьких картинок - зримая летопись несчастья и горя, которые каждый день проходят перед глазами художника.