коллаж

Еще в начале века кубисты наклеивали на холст обрывки материи, газеты, этикетки от красок, сиденья стульев и даже окурки. Это называлось коллаж. Сикейрос, безусловно, был хорошо знаком с опытом кубистов в области коллажа, но родословная его метода идет не от них. В двадцатые и в особенности в предгрозовые тридцатые годы целый ряд писателей, среди них Илья Эренбург, вводят в свои произведения целые куски из газетных корреспонденции, вплетая таким образом реальный, документальный факт в художественную ткань произведения. А во время войны в Испании Сикейрос сам был свидетелем рождения нового жанра киноискусства, использующего только материал реальной действительности. Мы имеем в виду жанр документального кино. Иоренс Ивенс и Роман Кармен под фашистскими пулями создавали великолепные образцы документальной кинопублицистики.

Введение Сикейросом фотографии в художественную ткань живописного произведения продиктовано тем же стремлением к точности и к публицистической активности, которое двигало передовыми кинорежиссерами и писателями, вторгавшимися в обостренную социальную борьбу 30-40-х годов.

Объяснений этому стремлению может быть много, но бесспорно одно - масштаб социальных катаклизмов в XX веке настолько громаден, настолько фантастично с точки зрения предыдущих веков "плановое" варварство фашизма, настолько головокружительны успехи науки, что никакой художественный образ просто не в состоянии доподлинней, сильнее донести эти грандиозные события до зрителя или читателя, чем сам зафиксированный и введенный в произведение реальный факт. Его документальная точность не превзойдена по мощи воздействия на человеческое сознание. Газетные фотографии зверств фашизма, введенные Сикейросом в роспись, приобретают силу документального судебного доказательства.


Но документ не пассивно вводится Сикейросом в ткань произведения. Его сила многократно увеличивается в результате сопоставления с фрагментами, решенными в прямо противоположном плане - в плане символико-аллегорическом.
Горит рейхстаг. Это событие было одним из кульминационных моментов в истории прихода Гитлера к власти. 27 февраля 1933 года фашисты подожгли рейхстаг. Они хотели свалить вину на коммунистов, истолковать поджог как начало революции и получить право на полную свободу действий. Это была типичная фашистская провокация.


Провокация была сорвана коммунистами во главе с Георгием Димитровым, который со скамьи подсудимых сумел показать лицо фашизма всему миру.
Но кроме того, что пожар рейхстага является фактом чисто историческим, включение этого эпизода в роспись имеет и второй смысл.