Сикейрос изобразил на своей фреске индейца

Не трудно догадаться, что в представлении богатого американца тропическая Америка была райским местом, где люди ведут беззаботное существование среди пальм и попугаев и спелые плоды сами падают в руки блаженным смертным. А Сикейрос изобразил на своей фреске индейца, распятого на кресте, на котором торжествующе восседал орел, как две капли воды похожий на тот, что изображен на американском долларе.


За это Сикейрос поплатился изгнанием из Соединенных Штатов. Но фреска, запечатлевшая в образно-символической форме жестокость классового и национального порабощения, свое назначение выполнила. Сикейрос гордился тем, что "она была произведением мексиканского художника, сражавшегося за революцию и стремившегося не к тому, чтобы запечатлеть трепет своих эстетических переживаний, а к тому, чтобы выполнить свой долг: дать в образной форме выражение революционной идеологии".
Монументальные росписи Сикейроса в Соединенных Штатах продемонстрировали революционность взглядов художника, его бескомпромиссную приверженность "атакующим классам" рабочих и крестьян.

Но не только в этом их значение. Они в определенном смысле являются вехой в развитии как его собственных творческих принципов и технологических приемов, так и принципов всех современных художников-монументалистов.
Еще приступая к своей первой росписи в Соединенных Штатах, Сикейрос столкнулся с принципиально новым явлением: мадам Шонар предложила ему расписать не внутреннюю, как это всегда бывало, а наружную стену. Это значило, что фреска должна постоянно подвергаться воздействию резких температурных колебаний, копоти, дыма, дождя, снега, а также ультрафиолетового излучения солнечного света, которое обесцвечивает краски. Хозяйка училища отнюдь не заботилась о сохранении будущей фрески, поэтому она и предложила наружную стену.

Недаром в истории искусства почти нет примеров, когда фреска создавалась бы на наружной стене.
Однако у Сикейроса выхода не было, и он стал готовить стену к росписи, то есть наносить на нее обычный грунт - песок с известью. И тут-то выяснилось, что стена этот грунт не принимала: она была из материала, неведомого мастерам предшествующих столетий,- из бетона.
Тогда Сикейрос обратился за советом к своему новому знакомому - талантливому архитектору Рихарду Нейтра. Нейтра просто и ясно растолковал художнику особенности процессов расширения и сжатия бетонной стены и слоя грунта, составленного из смеси песка с известью. Вывод был самый неутешительный: на бетонной стене (а практически все современные здания делаются из бетона) фреску делать нельзя.