1

АРЕСТ

В августе 1960 года Сикейрос неустанно работал над окончанием своего мураля От порфпрпзма к Революции» во дворце Чапультепек. Оп обязался сдать его к празднику 20 ноября — Дню мексиканской революции. Отрешпвшпсь от всякой прочей деятельности, художник иногда пятнадцать часов проводил во дворце Чапультепек, трудясь над своей стеной. 9 августа, вечером, Анхелпка, как обычно, заехала за ним во дворец. В семье она была шофером». Сикейрос уставал на работе до такой степени, что был не в состоянии потом сидеть за рулем. Анхелпка рассказывает:

«Я собиралась отвезти его домой пообедать. Но за несколько минут до того, как я выехала, мои брат приехал в Чапультепек и рассказал Давиду, что недалеко от нашего дома стоят два подозрительных джипа, а в них полно крестьян. Давид только отмахнулся от него и сказал, что ему во всем мерещится опасность. Но когда мы подъезжали к нашему дому на улице Трес Ппкос. эти два джипа двинулись нам навстречу. Они остановились метрах в пятидесяти от на и сидевшие в них люди вылезли. Спкепрос. не подозревая об опасности, собирался выйти из машпны и встретить их. Но когда я увидела, что происходит, то велела ему захлопнуть дверцу и тут же на большой скорости рванулась вперед. «Где мой пистолет?» — спросил Спкепрос. Он всегда имел прп себе пистолет. А по новому закону, принятому в Мексике, оружие разрешалось иметь в доме пли в машине, но ни в коем случае не выносить его на улицу. Если бы Давид воспользовался им для самозащиты, его обвинили бы в незаконном ношении оружия. Поэтому я ответила ему, что не захватила пистолета. Тем временем джипы ехали следом. Па перекрестке за углом, на другой стороне улицы, я увидела черный автомобиль тайной полиции, в котором сидели пятеро. Он попытался меня перехватить. Тогда я у первого же дома въехала на тротуар и быстро свернула палево. Полицейская машина бросилась за нами и врезалась в нашу машину с той стороны, где сидел Сикейрос. Покарежили нам дверцу, по я так гпала, что перехватить нас не удалось. Тогда полицейская машина и джипы устремились за нами. Убегая от преследования, я услышала выстрелы. Не знаю, что там происходило,— просто я услыхала стрельбу. Гпала я вовсю. Я нарочно резко жала на газ, чтобы Давид но смог достать пистолет и, поддавшись эмоциям, начать стрельбу.

Наконец нам удалось от них оторваться — опи потеряли нас из виду. Все шины у нас были прострелены, а одна совсем вышла из строя. Мы бросили машину в переулке близ большой магистрали, у остановки автобуса, а сами спрятались